Персона

Олег Скрипка: Сначала тебя официанты не обслуживают на украинском, а потом у тебя забирают территорию

Кумир нескольких поколений рассказал о культурном геноциде в Украине

Знаменитый украинский музыкант и лидер легендарной группы "Вопли Видоплясова" Олег Скрипка на сцене уже более 30 лет, и за столь долгое время сказал очень много. Сегодня Олег Скрипка не часто балует вниманием журналистов, так как предпочитает общаться с людьми посредством музыки и добрых поступков. Накануне его очередного благотворительного мероприятия "Рок до зірок" нам все же удалось встретиться. Кумир нескольких поколений и любимый артист миллионов Олег Скрипка рассказал "Апострофу", как он отнесется к тому, если его именем назовут улицу, почему в Украине происходит культурный геноцид, как противостоять русскому колониализму, как он попал под минометный обстрел в АТО и почему его тяготит его известность.

- Первый вопрос я хочу от себя задать: я была у вас на концерте, вы очень классно общаетесь с поклонниками, но при этом вы не любите журналистов. Почему так сложилось?

- А на каком концерте?

- Тот, что мне особо запомнился, это был ваш концерт "Джаз-кабаре" во Дворце "Украина".

- Это один из немногих или многих мифов обо мне, которые существуют. Что-то придумывают, что-то перекручивают.

- Тем не менее вы в одном своем интервью возмущались, что журналисты часто перекручивают слова ради скандальных заголовков.

- Перекручивают - это да, это происходит регулярно. Но это же не значит, что я не люблю журналистов. Да и не все же перекручивают, и это не всегда журналисты делают, а чаще редакторы. Я в этих технологиях немного разбираюсь. Редактор заинтересован, чтобы был рейтинг издания или новостей, и он начинает делать иногда не очень порядочные вещи. И тогда выходит, что артист тратит свое время, дает интервью, идет на встречу, а затем получает отрицательный имидж, потому что для рейтинга этого издания нужно было человека "очернить". Это повышает рейтинг издания, но снижает рейтинг человека, который сделал усилие, пришел на интервью и тому подобное.

- Тогда я буду очень стараться не перекрутить ничего. Хочу спросить у вас о вашем проекте для музыкальных школ. Слышала, что вы готовите для детей сборник нот с песнями ВВ.

- Сейчас дети в музыкальных школах не имеют современного материала, в лучшем случае это классика: Чайковский, Рахманинов и т.п., а в худшем случае это Крокодил Гена или что они там еще играют и поют? Год назад мы уже делали сборник для детей "Щедрик", там 8 произведений, по-моему, а сейчас вот готовится второй сборник, в который войдут песни ВВ. Детям наш сборник очень нравится, потому что он современный, эти вещи они хотя бы слышат по телевизору, по радио. Кстати, мои дети тоже играют по этому сборнику, и хорошо звучит.

- Знаю, что для детей вы представили еще один проект - "Рок до зірок". Что это за мероприятие?

- Знаете, сегодня столько талантливых детей, которые играют, поют, танцуют, и так хочется сделать для них хорошее мероприятие. Мы уже делали и детский бал, и французские вечерницы, и все это для детей и одновременно с благотворительной составляющей. Сейчас возникла такая идея: сделать благотворительный рок-бал "Рок до зірок", где дети будут собирать средства для других детей. Важно, чтобы они с ранних лет почувствовали, что такое благотворительность и помощь. На рок-бале у нас собрались дети как из обеспеченных семей, так и те, у которых нет родителей, проблемы со здоровьем и тому подобное. Так вот наша цель - объединить их и дать им такую территорию общения. Я думаю, что получилось благородное и красивое событие.

- Благотворительный детский бал "Рок до зірок" - это разовая акция или вы хотите сделать его регулярным событием?

- Если мы найдем постоянных партнеров, тогда это будет постоянно и регулярно. Сейчас у меня любимая тема - детская. Когда много детей, ты хорошо понимаешь их потребности. С другой стороны, у тебя тоже возникает потребность общаться с ними, что-то делать для них. К тому же мы сами рокеры, и наши дети тоже слушают рок-музыку, поэтому и захотелось сделать для детей такую, собственно говоря, тусовку. Еще мне хочется сделать постоянный конкурс для детей, такой мегапортал, где мы соберем всех одаренных детей, кто умеет играть и петь, и они смогут коммуницировать между собой.

- А ваши собственные дети будут участвовать в проекте "Рок до зірок"?

- Обязательно. Они будут играть и петь. Мои дети вообще охотно на сцене выступают, у меня все они играют на фортепиано, а младший сын очень хорошо поет.

- Это не совсем типичный для рока инструмент.

- Фортепиано - это базовый инструмент. Он как раз есть во всех направлениях. Нельзя придумать такое направление в музыке, где нет фортепиано, разве что какой-то аутентичный украинский фольклор.

- Будете приглашать на "Рок до зірок" талантливых детей других звезд?

- Я пока не думал, но это хорошая идея! Думаю, будем приглашать. У нас будут представлены юные музыканты, которые будут играть современную музыку, в том числе и ВВ. Барабанщицу мы уже нашли. Это – Катя Кузякина. Ей 8 лет всего, но она такое выдает! У нас есть фантастический трехлетний барабанщик, вокалисты, эквилибристы, гимнасты… Маленькие артисты наиболее интересны и непосредственны именно в таком возрасте. Когда ребенку лет 13-15, это уже не так интересно, происходит мутация голоса, трансформация. В этот вечер дети будут главными действующими лицами на сцене и в зале. Мы создаем им фантастические возможности окунуться в атмосферу "бэби-рока". Рок-бал "Рок до зірок" – это феерическое яркое шоу для всей семьи, где королями и королевами будут дети.

- Насколько вам вообще близка тема благотворительности и кому вы обычно помогаете? Например, кто-то помогает приютам животных, кто детям, кто АТО, много, много всего.

- В первую очередь нужно не забывать о тех людях, которые рядом с нами, о наших близких. Мы об этом часто забываем. Люди занимаются волонтерством, на войну передают и ездят, а рядом может страдать его близкий человек. Я уверен, в каждой семье есть, кому помочь. Ты не можешь их полностью спасти, но поддерживать и помогать надо. Безусловно, это - первый приоритет! В первую очередь я помогаю своим детям и семье. Потом, безусловно, идет помощь в сотрудничестве с теми партнерами, которых ты знаешь и доверяешь. Это именно адресная помощь. А когда мне звонят незнакомые люди прямо на мобилку, а, поверьте, ко мне обращаются очень часто с просьбами о помощи, я говорю им: вы хотите, чтобы мои дети остались без отца? Я не знаю этих людей, и это может быть элементарное мошенничество.

- С кем вы обычно сотрудничаете по благотворительности?

- Мы сделали много мероприятий с Киевским центром кардиологии и кардиохирургии, где работает прекрасный человек и врач Владимир Жовнир, с которым мы давно знакомы. Обычно мы делаем события в сфере искусства, а не просто "вынул деньги из кармана и дал". Это очень важно, потому что мы воспитываем в обществе чувство социальной ответственности. Люди приходят на наши мероприятия, общаются, учатся делать добрые дела. По статистике шесть из каждой тысячи детей рождаются с врожденным пороком сердца.

Благодаря искусству мы зарабатываем деньги, на которые покупаем хирургические инструменты или оборудование. Потом ты встречаешься с врачами, вручаешь им закупленные инструменты, видишь детей, которых они спасли, и слезы счастья на глазах их мам. Вот это я понимаю - правильный и содержательный путь! Это не быстро происходит, но через полгода ты видишь конкретные результаты своей работы.

Каждый из нас, посетив "Рок-бал", не просто увидит фантастическое шоу, а и станет причастным к благородному делу спасения маленьких украинцев.

- Вы помогаете украинским военным?

- Да, помогаем, и вещи на фронт высылаем, и деньги на тепловизоры собирали и собираем. У моих детей есть преподаватель, тренер боевого гопака, который ушел на фронт. Мои дети с друзьями летом пошли работать, собрали средства, купили тепловизор и отправили на фронт своему учителю. Он написал: вы мне спасли жизнь. Потом он вернулся живым и продолжает детей тренировать. Так ты видишь конкретные результаты конкретных людей, это люди твоего круга.

- Это ваша идея была собирать деньги на тепловизор?

- Это как-то само возникло. Они пошли на работу, хотели себе на айпады и компьютеры заработать, для этого мыли и ремонтировали машины. А тут так случилось, что пошел на фронт их учитель, и мы сели обсуждать это. Я очень аккуратно сказал им, что, может, они могли бы выделить часть средств из своей зарплаты, это было бы хорошо. Они даже задумываться не стали: сразу всю зарплату отдали и все.

- А у вас были необычные случаи, когда вы ездили в АТО? Например, я слышала, что артистам приходится выступать на грузовике.

- Такое было, на грузовиках выступали. У нас тур был, так мы просто ездили грузовиками и на них же выступали. Это была сцена, мы ставили колонки и давали концерты в военных частях, в городах.

Еще был я на так называемой "линии Ноль". Это когда с той стороны - сепары, а с этой стороны - наши. И ты знаешь, что ты стоишь на виду, где все обстреливается. Со мной был капитан или полковник, он отдал мне свой бронежилет, а сам стоял рядом. Я стою в каске, бронежилете, а он сам в кепочке. Мне так неудобно стало, я говорю: а ничего, вас не подстрелят? А он: да я уже привык, я здесь так хожу. Я потом сам тоже снял.

- Что вас особо впечатлило во время поездок в АТО?

- Я видел тех людей. С той территории люди через КПП едут к нам пенсии забирать и закупаться в магазинах, потому что продукты дешевле и качественнее. И эти люди очень сильно отличаются от тех людей, которые с нашей территории. У них такие потухшие взгляды. У них в глазах такая безнадега. Такие люди даже на концерт подходили. Я видел, они стояли в очереди на КПП, а потом подходили к нам на концерт.

- Получается, люди с оккупированных территорий приходили на ваш концерт?

- Случайно, может, попали. А еще однажды я был под минометным обстрелом в Дебальцево.

- Страшно?

- Страшно! Реально страшно. А однажды мы несколькими машинами с аппаратурой и музыкантами возвращались через Авдеевку с колонной, и у сопровождающей военной машины отпало колесо. Военные нам говорят: езжайте, мы же не будем все здесь погибать. Машину оставить нельзя, потому что ее разберут и разворуют. Нам ничего не оставалось, как ребят просто оставить ночью в поле. Они сразу же попали под обстрел, их или коптеры вычислили, или кто-то сдал. Не знаю, это случайно или они кому-то позвонили, но их прикрыла наша артиллерия и спасла. Немного было выстрелов, штук пять-шесть, а затем артиллерия поддержала, прикрыла, и они до рассвета продержались и утром их забрали живыми.

- Для чего вы вообще это делаете - ездите в АТО?

- Я езжу для себя, для своей семьи. Во-первых, ты понимаешь, что ты прикладываешь небольшую долю для того, чтобы у нас здесь не было войны. А во-вторых, тут еще есть такой довольно деликатный момент. Как только началась война, каждый мужчина, если он более-менее адекватный, задает себе вопрос: поеду я на фронт воевать? Сознательно или подсознательно этот вопрос возникает, и ты делаешь свой выбор, тоже сознательно или подсознательно. Я сделал выбор такой: я человек не военный, я не умею стрелять. У меня такое мирное дело, я хочу и играть, и своих поддерживать, и с детьми быть, и тому подобное. Но ты все равно отдаешь свою энергию, свое время, помогаешь, ты ездишь иногда туда. Может не так часто, как хотелось, но ты это делаешь. Многие музыканты так делают, по крайней мере все мои знакомые. Есть такие музыканты, которые вообще не вылезают из окопов.

- Если бы ситуация была серьезнее, то вы бы пошли на фронт?

- Если бы была ситуация серьезнее, то мы бы отдельно подумали и поговорили. А пока ситуация такая, какая есть.

- Насколько это важно, чтобы наши звезды, известные люди ездили в прифронтовые зоны с концертами?

- Важно для кого?

- Наверное, для тех людей, которые там, и для общего мнения всех украинцев. Ведь каждый известный человек влияет на мнение множества людей.

- Нет общего мнения. Есть конкретное решение каждого человека. Именно мое решение - такое, а у других людей есть свое решение. Кто-то идет на фронт, а кто-то едет в Москву и зарабатывает. Каждый сам за себя отвечает, со своей совестью диалог ведет.

- Как вы относитесь к тому, что наши звезды сейчас в таких условиях ездят в РФ и получают премии?

- Я к этому никак не отношусь, это выбор каждого отдельного человека. Я свой выбор сделал. Они, может быть, правы по-своему, у них другое мировоззрение, другая аудитория. Ведь мы, артисты, в том числе и для своей аудитории делаем то, что мы делаем. Для аудитории тех артистов это не проблема, может, наоборот очень хорошо, что они так делают. А такой аудитории стадионы набираются. И, может, это проблема даже не артистов, а именно этих людей, которые на стадионы приходят.

- Спрос рождает предложение. А вы сами сейчас в Россию ездите с концертами?

- Нет.

- Это принципиальная позиция, как гражданина?

- Оно даже и не принципиально, так получилось и все.

- Как вы относитесь к квотам?

- Очень положительно. И хотелось бы, безусловно, большей активности и более радикально.

- Еще радикальнее? Многие артисты жалуются, что и так слишком радикально, что нельзя так насильственно насаждать правила.

- 25% украинской музыки при том, что 70% украинцев разговаривают на украинском языке, - это культурный геноцид. Сейчас это означает некую бесхребетность нашего государства. К тому же я слышал, что эти квоты не выполняются, даже эти несчастные 25%.

- А я слышала, что квоты плохо сказываются на рейтингах радио, и к ним не заходят рекламодатели.

- Это они так рассказывают. Я думаю, что некоторым из них доплачивают из Кремля за то, чтобы они не крутили украинскую музыку, - это моя абсолютно версия! Я просто убежден, что это так происходит. При том, что украинская музыка и искусство имеют свою широкую аудиторию. Когда я работал тренером в "Голос дети" и "Голос страны", то там с каждой украинской песней сразу доля зрителей подскакивала.

Можно поучиться у тех же россиян. У них с эфирами тоже была проблема, при Ельцине. В 90-х годах у них было очень много иностранных песен - английских, французских, испанских. Так они в нулевых приняли правило 95% русского языка по факту. Так состоялся феномен российской эстрады. Это случилось не потому, что они такие талантливые, а потому, что это государство сделало.

- Они ввели квоты на русский язык?

- Просто программных директоров вызывали на ковер, объяснили - и это работало. И мы сами ездили на русскоязычные фестивали и видели, что люди платят деньги за свою музыку, и никто не рассказывает, что это снижает рейтинги. Это была стратегия государства.

- Интересно, у нас бы такое сработало?

- У нас нет такого волшебного коврика, куда можно пригласить, да и некому пригласить. У нас война, и сопли размазывать - это просто неправильно. Я общался с боевыми командирами, они же там не разводят демократию с солдатами. Встали и пошли стрелять, все! А если бы они демократию там на фронте развели, то что было бы? А давайте послушаем сепаров, ватников, что они скажут, а то неудобно как-то перед людьми... Они пришли на нашу территорию, хотят еще больше ее отхватить, давайте их выслушаем, отнесемся к ним мягко, да?

- Мне кажется, если государство будет диктовать эти 95% тоталитарными методами, то нашим артистам будет трудно.

- Методы могут быть разными, важен результат. Результат у нас какой - это отсутствие украинской государственности, отсутствие независимого информационного пространства, культурного украинского пространства. Государство - это территория, а ее душа, ее аура - это культурное и информационное пространство. Если устранить культурное пространство, ты устранишь всего человека. Если вынуть душу, вынуть сердце из тела, оно умирает.

Что далеко ходить, на третий год войны, наконец, поставили две вышки, чтобы на Востоке украинское радио играло. А до этого наши военные слушали сепарские новости и сепарскую музыку. Только недавно поставили. Сейчас там Воїн-TV появилось, наконец, молодцы. Так это надо было еще в 1991 году сделать.

- Недавно в интервью с одной артисткой мы обсуждали, что надо было принять языковой закон еще в 1991 году. А вы как считаете?

- Я для себя этот закон давно принял. Я родился в Таджикистане, учился в школе в России, а начал разговаривать на украинском языке во Франции (1991—1996, - Лайм). Сначала я изучил французский язык, а потом украинский. Я наблюдал, как французы защищают свое языковое и культурное пространство - и все это без криков, без лозунгов, без скандалов, а исключительно на бытовом уровне и постоянно. Если человек не владеет французским языком, он просто не получит работу, никакую вообще! Есть бесплатные государственные курсы, я сам ходил на такие, учил язык. Три раза в неделю, в любое удобное время. Выучил язык, и тогда пошел и получил работу. Рабочий язык везде – французский. Конечно, английский тоже присутствует, но это не является предметом каких-то дискуссий или споров.

Или взять, к примеру, Хорватию - это маленькая страна, которая тоже очень тяжело боролась за свою независимость. Как они за свой язык держатся! Это не обсуждается, хорватский язык везде: и книги, и литература, и все-все-все. Они сохранили свою идентичность.

- Вы как-то говорили, что украинцам надо учиться противостоять российскому культурному колониализму. Можете объяснить, как это сделать?

- Это наблюдается на примере очень стандартной ситуации: встречается русскоязычный и украиноязычный. Даже в украинской среде украиноязычные всегда переходят на русский язык, а вот русскоязычный никогда не переходит на украинский язык - "И так все понятно". Жителей Балтии россияне всегда называли националистами, потому что они не понимают русский язык. То же самое всегда говорили о Львове: "они такие националюги", "они бандеровцы", "они нас режут", а они просто иногда не переходят на русский язык. Хотя чаще переходят! Когда едешь в Карпаты или Закарпатье, в местных "генделиках" играет шансон, во Львове на радио тоже играет русская музыка, раньше был шансон популярен, не знаю, как сейчас. На дискотеках в Ивано-Франковске, Коломые, Тернополе, Львове МС ведут на русском языке с московским акцентом. Да что говорить, когда в Киеве до сих пор официанты не обслуживают тебя на украинском языке?..

- А это важно, чтобы официанты обслуживали только на украинском?

- А это и есть основа! Сначала тебя не обслуживают украинском, а потом у тебя забирают территорию. Это практически тот же процесс, только он начинается с малого, а заканчивается кровью. С этого все и начинается!

- Вы говорили, что у нас не происходит действий со стороны властей по возвращению Крыма, одни слова. Изменилась ли ситуация сейчас по вашему мнению?

Во-первых, в новостях нет объективной информации, а во-вторых, нет положительной информации - опять убили, ранили и тому подобное. Все время негатив идет, а что там власть придумывает, мы просто не знаем. По факту мы видим, что ничего позитивного не происходит. То есть люди гибнут, а по факту мы видим какие-то странные Минские соглашения. Той стороне можно делать все что угодно, похищать людей, пытать их, убивать, грабить, а мы не можем стрелять, потому что у нас - Минские соглашения. Кто эти Минские соглашения подписывал и для чего они существуют? Получается, к тебе в дом вваливается гопник, грабит твою квартиру, а ты по каким-то надуманным соглашениям не можешь вломить ему, как он того заслуживает. Это же так получается? Так зачем тогда эти Минские соглашения подписывать и вообще поддерживать?

- Каковы вообще ваши прогнозы, как разрешится ситуация с Крымом, с Донбассом?

- Я надеюсь, что будет все нормально, но я же не Ванга и не политолог. Я – музыкант, и просто хочу, чтобы был мир, делаю для этого со своей стороны все, что от меня зависит.

- У меня такой вопрос: вы уже давно на сцене, вы много уже что сказали. И когда вы делаете что-то следующее, где вы черпаете вдохновение, впечатления, идеи?

- Это загадка. Приходит какая-то идея, и у тебя есть ощущение в абсолютной необходимости ее реализовать, и желательно в том виде, в первичном, в котором она пришла. Ты реализуешь эту идею, а затем позже, когда анализируешь, оказывается, что эта идея возникла, потому что ты где-то когда-то что-то увидел, услышал, и оно у тебя отложилось. И очень многое из детства, какие-то вещи отложились еще тогда, и они потом проявляются. К примеру, недавно начал проект с оркестром народных инструментов. Когда я стоял на сцене, то вспомнил, что я видел в детстве по телевизору такие советские оркестры, вспомнил фестивали с большими оркестрами в Санремо и в Сопоте. Это было так роскошно и красиво! И я понял, что я смотрел на это и подсознательно, ребенком, мечтал вот так выступать. Просто ты не осознаешь этого, когда постепенно идешь к какой-то форме, и потом это возникает.

- А вы мечтали стать известным, когда начинали свое творчество?

- Хотелось петь, но как-то в голову не приходило, чтобы становиться именно известным, мне это не было интересно. Быть может, неосознанно у меня и была какая-то потребность стать известным, но себе я не ставил цель, что я выйду на площадь и все ахнут. Я просто хотел петь, играть, быть артистом. Но известность является инструментом твоей работы – чтобы работать, тебе необходимо быть известным, чтобы тебя приглашали и слушали. Это меня тяготит, если честно.

- Потому что надо давать интервью?

- Интервью - это не проблема. Мы говорим о важных и интересных вещах. А вот в быту сложно: ходить по улицам, магазинам, гулять. Когда ты хочешь быть среди людей, но быть сам с собой в толпе.

- Но вы можете маскироваться - очки, капюшон.

- Не работает, проверено.

- А что вы делаете, когда не пишется, "творческая несостоятельность"? Бывают такие моменты?

- Не бывает. Надо выделить время, сесть и работать. Я не знаю, может, у каких-то импульсивных натур и бывает такое. Я как-то смотрел советский фильм, там Пушкин или Лермонтов с гусиным пером за ухом мял листочки, рвал на себе волосы и ждал музу. Для меня это бред полный. Ты просто выделяешь время, начинаешь работать и получишь результат - все!

- То есть у вас нет какого-то особого ритуала?

- Да можно придумывать, но главное - делать. Когда надо мелодию написать, аранжировки сделать, репетицию организовать, стихотворения написать - ты просто садишься и делаешь. Это может быть быстрее, это может быть медленнее. Можно за раз песню написать или всего лишь строку, но обязательно будет какой-то результат. Может, эта песня и не пойти, но она все равно даст какой-то повод для другой песни, она обязательно пригодится. Но если ты не сядешь, то ничего не будет.

- Вам хотелось бы остаться в человеческой памяти навсегда?

- На сегодняшний день очень много семинаров, встреч: как стать успешным, как стать известным. У меня спрашивают: что нужно делать, чтобы стать известным? Стать известным ради того? Чтобы просто быть известным? Это пустая и абсолютно эгоистичная цель, мне кажется. Я скажу больше - это грех и это греховная цель. Мне кажется, хотеть открыть какой-то закон, звезду, написать программу для телефонов, нарисовать что-то хорошее, создать передачу, снять фильм - это хорошая цель. А потом человек автоматически становится известным, потому что он что-то правильно сделал.

- Я перефразирую вопрос: хотели бы вы, чтобы вашим именем назвали улицу, поставили памятник?

- Я об этом не думал на самом деле. Это гордыня, это какой-то грех, это что-то нехорошее. Если бы у нас была возможность спросить у Шевченко, мечтал ли он, чтобы был Шевченковский день и его бюст стоял в каждом городе Украины, я думаю, что он не хотел бы этого, он же не для этого писал все. Просто сердце болело и писал.

- Я бы вас еще спросила напоследок: что вас вдохновляет?

- Вдохновляют вечные и понятные всем вещи: это красота и любовь. Хорошие, сильные, интересные люди - это очень вдохновляет. Очень люблю наблюдать красивые пейзажи, людей, какие-то мизансцены, положительные хорошие микроотношения между людьми...

Вот я рассказывал вам эту историю, когда дети собирали средства своему учителю, ведь это такие прекрасные вещи! А помните, мы в начале говорили о рок-бале? Когда мы его сделаем - это будет реальное счастье, это самые сильные эмоции, которые только могут быть. Ты видишь, как эти дети счастливы, насколько людям понравилось, насколько эта атмосфера и твой внутренний комфорт распространяется на всех людей, и все чувствуют то же самое. Ведь Бог по своему подобию нас создал, он создатель, и мы рождены для того, чтобы творить. Это единственная наша функция: рожать и творить. Когда ты это делаешь, ты чувствуешь сатисфакцию и тогда понимаешь, что ты не зря дышишь этим воздухом, ешь хлеб, пьешь воду, и тогда можно спокойно идти дальше и что-то новое придумывать.

- Получается, вам нравится радовать других людей, помогать им и видеть их радость.

- Да всем нравится это! Давать всегда приятнее, чем брать. Но для того, чтобы давать, нужно самому иметь много, чтобы у тебя не было голода постоянно хватать и хватать. И когда ты даешь - это прекрасно и это твоя сила.

Новости партнеров

Читайте также

Дмитрий Шуров: На последнем концерте в России публика сделала нам флешмоб "Мы любим Украину"

Солист проекта Pianoбой Дмитрий Шуров о творчестве и семье, судействе на шоу Х-фактор 8, встрече с режиссером Дэвидом Линчем и том, когда он отказался от концертов в России

Понятно, кому выгодна война, - Павел Зибров о власти и артистах, которые выступают в России

Украинский певец Павел Зибров о гастролях украинских исполнителей в России и концертах в АТО

Павел Зибров: На Западе я бы себе Maybach каждый год покупал, а у нас он однозначно пролетает

Украинский певец Павел Зибров рассказал о творческих планах и политических амбициях, о Партии любителей женщин, а также о ревности жены и рецепте ухода за усами.

Новости партнеров

Загрузка...